Максимальное Расстояние Между Россией И Сша

Максимальное Расстояние Между Россией И Сша

15.05.2018 0 Автор Sairius

Узловые трудности морской экономической границы меж Россией и США

Избранное в Руинтернете

Узловые проблемы морской экономической границы между Россией и США

Ткаченко Борис Иванович – кандидат экономических наук, профессор-консультант Морского муниципального института им. адмирала Г.И.Невельского (Владивосток).

Территориальная неувязка меж СССР и США как неувязка разграничения морских экономических владений появилась во 2-ой половине 1970-х годов, когда США и СССР ввели 200-мильные рыболовные зоны, отчасти перекрывавшие друг дружку. Подписанное Москвой и Вашингтоном в 1990 году Соглашение разрешило конфликт. Но, по оценке многих профессионалов, проведенная тогда делимитация морских границ нанесла тривиальный вред интересам Рф и должна быть скорректирована.

Территориальная неувязка меж СССР и США как неувязка раз­граничения морских экономических владений появилась по историческим меркам совершенно не так давно – во 2-ой половине 70-х гг. XX в., когда США и СССР ввели 200-мильные рыболовные зоны.

Предыстория этого действия такая. 13 апреля 1976 г. США в од­ностороннем порядке приняли Закон о сохранении рыбных припасов и управлении рыболовством, в согласовании с которым с 1 марта 1977 г. отодвинули границу собственной рыболовной зоны с 12 до 200 морских миль от побережья, установив жёсткие правила доступа в неё зарубежных рыба­ков. Прямо за США в течение 1976 г., приняв надлежащие законы, в однобоком порядке установили 200-мильные рыболовные либо эконо­мические зоны Англия, Франция, Норвегия, Канада, Австралия и ряд других государств, включая развивающиеся.

В том же году Указом Президиума Верховного Совета от 10 дека­бря «О временных мерах по сохранению живых ресурсов и регулирова­нию рыболовства в морских районах, прилегающих к побережью СССР» [1] Русский Альянс тоже установил суверенные права над рыбными и дру­гими биоресурсами в собственной 200-мильной прибрежной зоне. Этот шаг был принужденным и временным («впредь до принятия с учётом работы III Конференции ООН по морскому праву другого законодательного акта СССР, определяющего режим морских районов»).

В конце 1976 г. необходимость размежевания морских экономических владений СССР и США в прилегающих акваториях стала тривиальной. Тут меж 2-мя странами появилась неувязка, так как их эконо­мические зоны в Беринговом и Чукотском морях отчасти перекрывали друг дружку. Переговоры по достижению соглашения в этом вопросе на­чались в 1977 г. и длилось более 13 лет.

Министерство рыбного хозяйства СССР предложило установить в спорной зоне так именуемую срединную линию раздела, что не проти­воречило нормам интернационального права. В согласовании с этим Москва предлагала провести границу рыболовных зон по принятой в междуна­родной практике equidistanceline, т.е. равноудалённой полосы. Но Вашингтон с этим не согласился, и русская сторона пошла на очевидные уступки (разумеется, в годы «прохладной войны» СССР стремился не отя­гощать свои дела с США дополнительными неуввязками). Москва фактически сразу согласилась с южноамериканским предложением раз­граничить свои рыболовные зоны по полосы, установленной российско-американской Конвенцией от 18 (30) марта 1867 г. [2] Практически одновремен­но стороны, обменявшись нотками, условились о разделении по этой полосы тех районов, где расстояние меж их побережьями составляло наименее 400 миль [3].

Отметим, что Конвенция 1867 г. не разграничивала юриспунденцию 2-ух государств в области рыболовства в Беринговом и Чукотском морях, а только обозначала пределы разграничения островных территорий в их аквато­риях. Согласно этой Конвенции к США переходили материковая часть северо-запада Северной Америки (Аляска) и прилегающие к ней острова, которые (чтоб не обрисовывать в документе каждый) были разбиты ус­ловной разграничительной линией: к востоку от неё все земли, включая острова, переходили США, а к западу – оставались за Россией. Таким макаром, южноамериканское предложение содержало тактическую уловку, которая не была критически воспринята русской стороной, и приняла южноамериканское предложение как базисное для всего комплекса последующих переговоров по данному вопросу.

Протяжённость спорных акваторий в Северном Ледовитом и Тихом океанах меж СССР и США составила с севера на юг около 1,5 тыс. морских миль (около 2,8 тыс. км). Принятие в 1977 г. южноамериканского предложения о разграничении 200-мильных рыболовных зон (в тех ме­стах, где они перекрывают друг дружку) в согласовании с линией русско-американской Конвенции 1867 г., а не по equidistanceline, означало, что Русский Альянс передавал Соединённым Штатам (причём ещё до окон­чания переговоров по разграничению морских экономических владений) район в Беринговом море площадью 23,7 тыс. кв. км [4].

Таким макаром, в 1977 г. управление СССР практически без пере­говоров передало янки принципиальный для российского рыболовства район в Беринговом море, где обычно вёл промысел наш дальне­восточный рыболовный флот. В качестве компенсации Москва просила выделять русским рыбакам каждогодную квоту на вылов рыбы в бывшей собственной зоне Берингова моря в объёме 150 тыс. т. И прямо до 1981 г. такая квота выделялась.

Позже в процессе реализации межправительственной договорённости вы­яснилось, что стороны проводят линию Конвенции 1867 г. в Беринговом море по-разному: русская сторона – по локсодрóмии [5], проводимой на морской карте в проекции Меркатора; южноамериканская сторона – по ортодрóмии [6], проводимой на глобусе либо картах в обыкновенной конической проекции. Хотя кривизна этих линий невелика, при протяжённости около 1,8 тыс. км наибольшее их расхождение на средних участках добивается 60 км. В итоге меж линиями, проведёнными американской и со­ветской сторонами на картах, принятых в морской навигации, образовал­ся спорный участок акватории, составлявший, по различным данным, около 50 [7] либо 70 [8] тыс. кв. км, очень обеспеченный рыбными припасами, который был важен сначала для русского рыболовства.

В районах лова в Беринговом море начались конфликты меж рыбо­ловными компаниями 2-ух государств. В связи с этим в 1981 г. начались пере­говоры по вопросам рыболовства, которые сначала касались юрисдикции исключительно в тех морских районах, где 200-мильные зоны перекрывали друг дружку. Но с 1984 г., после ратификации и введения в действие Конвен­ции ООН по морскому праву 1982 г. и преобразования рыболовных зон в экономические, эти консультации переросли в официальные переговоры меж СССР и США о полосы разграничения суверенных прав и юрис­дикции в отношении всех ресурсов вод и дна не только лишь Берингова, да и Чукотского моря, также Северного Ледовитого и Тихого океанов.

Позиция янки сводилась к тому, что в 1867 г. Наша родина, продав Аляску, тем дала США все права и интересы к востоку от полосы, обозначенной в Конвенции. Особенных правовых аргументов они не приводили, но СССР, согласившись в принципе на разграничение перекрыва­ющихся 200-мильных экономических зон по полосы Конвенции 1867 г., косвенным образом уже вроде бы подтвердил такую трактовку положений документа, хотя в самой Конвенции об этом ничего не говорилось.

В 1986 г. было принято политическое решение уступить спорный участок континентального шельфа [9] янки, после этого переговоры вступили в 3-ий шаг, в процессе которого оставалось только согласовать детали разграничения 200-мильных зон.

Соглашение между СССР и США о линии разграничения морских пространств 1990 г.

«Соглашение меж СССР и США о полосы разграничения морских пространств» [10] (дальше – Соглашение) было подписано 1 июня 1990 г. в Вашингтоне министром зарубежных дел СССР Э. Шеварднадзе и го­сударственным секретарём США Дж. Бейкером в присутствии обоих пре­зидентов – М. Горбачёва и Дж. Буша-старшего.

Это Соглашение поделило экономические зоны и континентальный шельф меж СССР и США в акваториях Северного Ледовитого океана, Чукотского и Берингова морей, также Тихого океана. Сейчас не вызы­вает колебаний, что оно противоречило государственным интересам СССР, а потом и Рф, так как предусматривало существенную уступку США части наших экономических владений.

В процессе подготовки Соглашения 1990 г. появились две главные препядствия.

Во-1-х, в ряде морских районов экономические зоны СССР и США перекрывались, так как расстояние меж Азией и Север­ной Америкой составляет в этом месте наименее 400 миль. В Беринговом море общая площадь такового наложения составила около 760 тыс. кв. км, а в Чукотском море – около 600 тыс. [11] Конкретно полоса общего неразде­лённого места и создавала спорную экономическую зону со всеми ресурсами воды и дна.

Во-2-х, в центральной части Берингова моря за пределами эконо­мических зон СССР и США оставалась значимая по площади аква­тория, замкнутая границами этих зон, – так именуемая «голубая зона» (рис. 1). Расстояние меж побережьями составляет тут более 400, но наименее 700 миль. Другими словами континентальный шельф в «голубой зоне» при­надлежал и СССР, и США, так как, согласно ст. 76 Конвенции ООН по морскому праву, континентальный шельф прибрежного страны не простирается дальше 350 морских миль от начальных линий, от которых отмеряется ширина моря [12], а означает, спорными в этой зоне были только ресурсы морского дна.

Рис. 1. Границы экономических зон Рф и США

Таким макаром, при подготовке Соглашения 1990 г. в согласовании с интернациональным морским правом встал вопрос о спорной акватории в тех районах, где 200-мильные зоны перекрываются, и спорном конти­нентальном шельфе, находящемся вне экономических зон 2-ух государств.

Международное морское право (Женевская конвенция о континен­тальном шельфе 1958 г. и Конвенция ООН по морскому праву 1982 г.) при разграничении морских экономических владений меж государства­ми с противолежащими либо смежными побережьями предугадывает заключение специального соглашения сторон с учётом особых обстоя­тельств и проведение границы по срединной полосы.

К слову сказать, способ проведения срединной полосы на спорном участке, т.е. полосы равного отстояния, либо полосы равноудалённости, от соответственных точек отсчёта противолежащих либо смежных побере­жий, нередко употребляется в интернациональной практике для разграничения экономических зон и континентального шельфа в спорных случаях.

В подписанном Э. Шеварднадзе и Дж. Бейкером Соглашении (ст. 1 и 2) таким особым обстоятельством стала линия, обозначенная в рус­ско-американской Конвенции 1867 г. об уступке Соединённым Штатам русских владений в Северной Америке (включая Аляску, Алеутские и другие острова в северной части Тихого океана и в арктических морях), которая обозначила западную границу уступаемых владений. Но изготовлено это было совсем неправомерно.

Дело в том, что эта линия не устанавливала морскую границу меж­ду 2-мя странами за пределами их территориальных вод, а только обо­значала акваторию, в границах которой лежали острова, передаваемые во владение США, и менее того. В момент заключения Конвенции 1867 г. не было и не могло существовать понятия морской эко­номической зоны. Официальные карты разграничения к этой Конвенции не прилагались. Более того, отсутствовало однозначное описание грани­цы в Беринговом море. Единственное, что было обозначено в документе – это положение трёх срединных точек (см. рис. 2), разделяющих русские и южноамериканские сухопутные владения в Тихом океане и от­стоящих от их на равном расстоянии: 1-ая – в Беринговом проливе меж Чукоткой и Аляской, 2-ая – в Беринговом море меж Чукоткой и полуостровом Св. Лаврентия, 3-я – меж Командорскими и Алеутскими островами.

Рис. 2. Разграничение экономической зоны и континентального шельфа меж Россией и США в акваториях Северного Ледовитого и Тихого океанов, Чукотского и Берингова морей по Соглашению 1990 г. и по срединной полосы

Эти срединные точки не были зафиксированы довольно жёстко, как это принято сейчас в картографии. Было определено только при­близительное их положение, но не координаты определенных точек, об­разуемых скрещением линий широты и долготы. Из текста Конвенции 1867 г. только следовало общее юго-западное направление прохождения границы уступаемых русских территорий в Беринговом море, лежа­щих к востоку от полосы, проходящей через обозначенные срединные точ­ки. В Северном Ледовитом океане, согласно Конвенции 1867 г., граница передаваемых США территорий проходила через точку 1 в Беринговом проливе прямо на север.

Таким макаром, линия Конвенции 1867 г., повторимся, не разграни­чивала и не могла разграничивать экономические владения СССР и США в акваториях Чукотского и Берингова морей, Северного Ледовитого и Тихого океанов. Более того, её внедрение в этих целях в Беринговом море было очевидно нерентабельно СССР (и Рф), тем паче в той трактов­ке, на которой настаивала южноамериканская сторона (так именуемая линия Бейкера-Шеварднадзе), так как она существенно отклонялась к за­паду от срединной полосы в сторону русского (русского) побережья. В итоге 70 % акватории Берингова моря оказалось под юрисдикци­ей США.

На рис. 2 (схема выполнена в обыкновенной картографической, т.е. кониче­ской проекции) отчётливо видно, что линия, описанная в ст. I Конвенции 1867 г. как «западная граница уступленных владений» и установленная п. 1 ст. 1 Соглашения 1990 г. в качестве «полосы разграничения морских пространств меж СССР и США» (с переменами, определёнными в ст. 2), приметно отклоняется от срединной полосы.

На представленной карте срединные точки 1 и 2, также точки б, в, г, д являются точками перегиба.

Точки срединной линии определены в направлении по линиям ши­роты (параллелям). Они находятся на равном расстоянии меж проти­волежащими участками континентальной суши и островов обеих государств (т.е. на равном расстоянии от границ спорной экономической зоны, об­разовавшейся в границах 200 миль от соответственных береговых то­чек отсчёта) и учитывают конфигурацию обоих побережий на всём пространстве разграничения. Срединная линия идёт фактически в северо-восточном направлении.

В точках 1, 2 и 3 точки срединной полосы совпадают со срединными точками разграничения островных территорий меж Россией и США, как они описаны в Конвенции 1867 г. и зафиксированы в Соглаше­нии 1990 г.

В 1990 г. линия разграничения спорной экономической зоны и спор­ного континентального шельфа меж СССР и США была проведена по полосы Конвенции 1867 г. с внедрением комбинированного способа (локсодромия-ортодромия). В итоге граница меж экономическими владениями 2-ух государств приметно сместилась в сторону русского побере­жья по сопоставлению со срединной линией, чем был нанесён вред эконо­мическим интересам СССР (и Рф).

Проведение таковой «измененной» полосы Конвенции 1867 г. привело к образованию «особых районов», которые являются ча­стью 200-мильных экономических зон СССР/Рф и США.

По Соглашению 1990 г. СССР уступил США 3 района на террито­рии русской 200-мильной экономической зоны («восточные специаль­ные районы»), из их 2 больших (в Беринговом и Чукотском морях) и 1 маленький, в Тихом океане южнее Командорских островов, которые находятся восточнее полосы Конвенции 1867 г. (п. 1 ст. 3 Соглашения). Взамен СССР получил только один маленький участок на местности американской 200-мильной экономической зоны («западный специаль­ный район») в Беринговом море западнее «голубой зоны» (п. 2 ст. 3 Соглашения).

В итоге внедрения полосы Конвенции 1867 г. при любом вари­анте разграничения (и по локсодромии, и по ортодромии) исключительно в сре­динной части Берингова моря от русской (и русской) экономиче­ской зоны в пользу США отсекался участок площадью приблизительно 15 тыс. кв. км [13]. На карте-схеме этот участок (б-д-к) примыкает с севера к «голу­бой зоне».

В процессе подготовки Соглашения 1990 г. южноамериканская сторона согла­силась отчасти восполнить эту утрату при условии, что по полосы Конвенции 1867 г. будет разграничен и континентальный шельф в цент­ральной части Берингова моря. Москва с этим предложением согласи­лась, и в итоге сектор был разделён приблизительно напополам (потому линия разграничения несколько сдвинута тут на восток, в сторону по­бережья США).

В конечном итоге Соединённым Штатам отошёл участок в-г-к (район В). Его акватория представляет собой треугольник со сторонами 60-70 морских миль и площадью 7,7 тыс. кв. км [14]. Финансовая зона США в этом районе превысила предел в 200 морских миль, установленный междуна­родным правом, а ширина экономической зоны СССР (и Рф) стала меньше 200 морских миль. Следует увидеть, что это противоречит и Конвенции ООН по морскому праву, и законам СССР/Рф, и даже законам самих США.

Нужно сказать, что море в этом «восточном особом районе» Берингова моря не леденеет. Условия для промысла рыбы тут бла­гоприятные: сравнимо ровненький грунт, размеренные течения, отменная кормовая база. В русское время тут был один из главных участков работы российского рыбопромыслового флота, где раз в год вылавли­валось около 150 тыс. т рыбы ценных пород.

Но «восточный особый район» в Беринговом море богат не толь­ко рыбными ресурсами. По оценкам американских профессионалов, тут размещаются месторождения нефти (около 200 млн т) и газа (200 миллиардов куб. м) [15].

Понятно, что шельфы арктических и дальневосточных окраин­ных морей (Лаптевых, Восточно-Сибирского, Чукотского, Берингова, Охотского), занимающие выше 2 млн кв. км, континентальный склон и прилегающие к нему участки дна Северного Ледовитого и Тихого океанов являются вместилищем больших минеральных богатств и в особенности перс­пективны по нефти и природному газу. По данным геологии, на северо-востоке Рф 4/5 может быть прогнозных нефтегазоносных бассейнов отчасти или на сто процентов размещаются под морским дном. По прогно­зам, которые предоставлял Сахалинский полный НИИ ДВНЦ АН СССР на 1980 г., совокупные припасы углеводородов исключительно в перспектив­ных районах шельфа и континентального склона дальневосточных окра­инных морей оценивались в 44 миллиардов т нефти и 28,6 трлн куб. м газа, что составляло около 16 % прогнозных глобальных припасов. (Кстати, не считая нефти и газа на морском деньке в этих районах имеются и железомарганцевые конкреции – руда грядущего.)

Меж США И РОССИЕЙ ВСЕГО 4 КМ?

ПОДПИШИСЬ НА НОВЫЕ ВЫПУСКИ ? Мы Вконтакте ? Lee Kei .

 

Граница меж Россией и США: Острова Диомида: Расстояние 4км разница во времени 12 часов

Граница меж США и Россией: Острова Диомида: Большой Диомид и Малый Диомид Острова Диомида Наверняка самые.

Что все-таки касается «голубой зоны» площадью около 175 тыс. кв. км, то в согласовании с интернациональным морским правом на ресурсы её конти­нентального шельфа могли претендовать только СССР и США, посколь­ку эта акватория стопроцентно лежала в границах 350 морских миль от их побережий, включая острова. Но после заключения Соглашения 1990 г., большая часть этого участка отошла США (д-к-р-с). В итоге СССР получил существенно меньше того, на что мог претендовать, так как ему отошёл только участок шельфа, расположенный к западу от полосы Конвенции 1867 г., а США получили всё остальное. Таким макаром, по Соглашению 1990 г. СССР приобрёл в этой части Берингова моря район площадью всего в 4,6 тыс. кв. км [16].

При разграничении континентального шельфа в «голубой зоне» по способу срединной полосы (полосы равного отстояния) Русский Альянс по­лучил бы во владение участок д-т-н-с-м-л, а США – участок м-л-к-р.

Таким макаром, исключительно в Беринговом море СССР практически растерял морские места площадью 7,7 тыс. кв. км в «восточном специаль­ном районе» и участок континентального шельфа в «голубой зоне» (д-л-м-с), имеющие огромное экономическое значение. Не считая того, СССР/ Рф должны могли быть отступить части спорных экономических зон 2-б-к и 1-2 (южнее Берингова пролива и севернее острова Св. Лаврентия). И, в конце концов, СССР уступил США по Соглашению 1990 г. принадлежав­ший ему участок 200-мильной экономической зоны в «восточном специ­альном районе» Арктики (а-и-п).

Итак, следует признать, что русская сторона, согласившись в 1977 г. на предложение янки о применении в качестве «особенного обстоя­тельства» полосы Конвенции 1867 г. для разграничения рыболовных зон 2-ух государств в спорных (взаимно перекрывающихся) районах, практически действовала против собственных государственных интересов.

Экономические нюансы формирования морской экономической границы меж Россией и США в зоне Севера

Определенный территориальный и экономический вред, нанесённый нашей стране в итоге заключения Соглашения 1990 г., ещё предсто­ит оценить. Имеющиеся в различных источниках данные о потерях морских экономических владений (исключительной экономической зоны и кон­тинентального шельфа) СССР и Рф очень различаются. Оценить реальный вред нашей страны от этого, мягко говоря, плохого согла­шения, т.е. сопоставить сегодняшнее статус-кво с тем, которое могло бы сло­житься при разделе по срединной полосы, должны спецы в области картографии. Но даже по подготовительным оценкам [17] Соединённые Штаты заполучили по этому соглашению 54,6 тыс. кв. км богатой рыбой, нефтью и газом спорной морской экономической зоны, на которую, со­гласно интернациональному морскому праву, с равным основанием мог пре­тендовать и СССР. Не считая того, СССР получил на 74 тыс. кв. км конти­нентального шельфа меньше, чем ему полагалось бы при классическом для таких случаев разграничении по срединной полосы.

Если б спорное морское место, которое находится в преде­лах обеих экономических зон, также континентальный шельф за их пределами были разграничены по срединной полосы, то при оптималь­ном использовании положений русско-американской Конвенции 1867 г., Женевской конвенции о континентальном шельфе 1958 г. и Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. Русский Альянс/Наша родина, по оценкам, сумел бы обрести дополнительно около 100 тыс. кв. км континентального шельфа [18]. А если б при всем этом не учитывались принадлежащие обеим странам маленькие острова в Беринговом море (что в принципе допуска­ется интернациональным морским правом), то и больше. Согласно резолюции по российско-американским переговорам о морских границах, принятой парламентом Аляски (HJR 27 от июня 1999 г.), речь идёт о 40 тыс. кв. миль (около 137 тыс. кв. км) акватории и морского дна.

Таковы территориальные утраты Рф в итоге подписания Соглашения 1990 г. и нелегального преждевременного (т.е. до ратификации за­конодательными органами) введения его в действие.

Необходимо подчеркнуть, что положение п. 1 ст. 2 Соглашения 1990 г. о границе полярных владений, в каком говорится, что «линия разгра­ничения морских пространств идёт на север. через Берингов пролив и Чукотское море по Северному Ледовитому океану, как допускается по интернациональному праву», ограничило права Рф в Арктике. До его подписания стороны руководствовались ст. I Конвенции 1867 г., в кото­рой устанавливалось, что «граница уступленных территорий проходит че­рез точку в Беринговом проливе. и направляется по прямой полосы без­гранично к северу [Выд. авт.]». Это позволяло довести линию раздела до Северного полюса, что и было закреплено Постановлением Президиума ЦИК СССР от 15 апреля 1926 г., который установил восточную границу русского сектора в Арктике от середины Берингова пролива (меж островами Ратманова и Крузенштерна) до Северного полюса. Советско-американское Соглашение 1990 г. соответствует этой полосы лишь на протяжении 350 км от начальных линий на побережье Рф, т.е. не до Северного полюса (90 о с.ш.), а приблизительно до 77 о с.ш. по меридиану 168 о 58′ 37» з.д., т.е. практически лишает Россию части её полярных владений в Арктике.

Вот поэтому в данном регионе разграничение спорной экономиче­ской зоны в согласовании с линией Конвенции 1867 г. должно идти от сре­динной точки 1 в Беринговом проливе до точки п в Северном Ледовитом океане. Участок акватории а-и-п севернее этой точки (см. рис. 2), обо­значенный в Соглашении 1990 г. как «восточный особый район», должен принадлежать Рф, так как он находится в границах рос­сийской 200-мильной экономической зоны по дуге а-и и вне американ­ской 200-мильной экономической зоны по дуге и-п. Аналогичным образом в согласовании с линией Конвенции 1867 г. должен разграничиваться и спорный арктический континентальный шельф за пределами 200-мильной экономической зоны. Как следует, разграничение спорной экономиче­ской зоны в Арктике (т.е. севернее Берингова пролива), осуществляемое на базе Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. с внедрением полосы русско-американской Конвенции 1867 г., должно проходить по ли­нии и-п-1.

Что все-таки касается Берингова моря, то в цитированной выше заключи­тельной части последнего абзаца ст. I Конвенции 1867 г. нигде не сказа­но о «границе уступленных территорий» как о «прямой полосы» либо же о «полосы» вообщем. С достаточной определённостью можно гласить только о положении трёх срединных точек (см. рис. 2), потому при отсутствии каких-то карт, приложенных к Конвенции, использовать её текст для каких-то трактовок юридически неправомерно. Как следует, этот документ полностью не применим для раздела спорной экономической зоны и спорного континентального шельфа южнее Берингова пролива. Тем паче она не применима для разграничения экономических зон 2-ух стран, находящихся под исключительной государственной юрисдикци­ей («восточные особые районы» СССР и «западный особый район» США).

В этом случае следует отталкиваться только от положения средин­ной полосы, проходящей через три срединные точки (1, 2 и 3), обозначен­ные в русско-американской Конвенции 1867 г. Таким макаром, разграни­чение спорной экономической зоны и спорного континентального шельфа в Беринговом море и южнее должно пройти по срединной полосы от точки 1 до точки е. Это означает, что и спорная финансовая зона (в северной части Берингова моря и в районе меж Командорскими и Алеутскими островами), и спорный континентальный шельф (в центральной части Берингова моря) должны быть поделены в согласовании с общепризнан­ными нормами интернационального права. При разграничении по срединной полосы стопроцентно сохранится государственная юриспунденуия Рф и США в их 200-мильных экономических зонах, обозначенных на рис. 2 как «во­сточные особые районы» и «западный особый район», которые принадлежат им в согласовании с нормами интернационального права.

Всё произнесенное выше значит, что при рациональном применении норм интернационального права, определённых Женевской конвенцией о кон­тинентальном шельфе 1958 г. и Конвенцией ООН по морскому праву 1982 г., также на базе положений русско-американской Конвенции 1867 г. разграничение морских экономических владений Рф и США в Северном Ледовитом и Тихом океанах позволяет установить разграни­чение по полосы и—п—1—2—к—л—м—с—н—3—о—е.

Об экономическом значении ресурсов спорных экономических зон и континентального шельфа мы уже гласили выше. И в Соглашении глав­ная финансовая неувязка разграничения суверенных прав на ресурсы экономических зон и континентального шельфа – рассредотачивание прав на потенциально нефтегазоносные районы и на минерально-сырьевые ресур­сы дна – решена. Но континентальный шельф в «голубой зоне», от которого СССР отказался в пользу США, очень перспективен по нефти и газу, и результаты его разграничения по Соглашению 1990 г. далековато не однозначны.

Хотя в тексте Соглашения статья о разделе континентального шельфа в «голубой зоне» отсутствует, п. 2 ст. 1, п. 2 ст. 2 и п. 3 ст. 3 фактически означают отказ СССР от той его части, которая в согласовании со ст. 76 Конвенции ООН по морскому праву могла составить его долю. Тем са­мым СССР отказался и от всех видов морских ресурсов (минеральных, био и других) этого участка Берингова моря.

СССР и США разделили морское дно и его недра на всём пространстве Берингова моря по полосы, определённой в Приложении к Соглашению 1990 г., включая и центральную его часть, которая является открытым морем. А согласно ст. 89 Конвенции ООН по морскому праву «никакое правительство не вправе претендовать на подчинение какой-нибудь части открытого моря собственному суверенитету» [19]. Но США изредка принимают во внимание положения интернациональных конвенций, когда в перспективе маячит нефть.

Вопрос о границах континентального шельфа в центральной ча­сти Берингова моря (т.е. вне границ экономических зон Рф и США) в согласовании с дистанционными аспектами, установленными в ст. 76 Конвенции ООН по морскому праву, должен быть исследован спецами в области геоморфологии морского дна, геодезии и картографии. При детализированном исследовании этого вопроса может выявиться, что в централь­ной части Берингова моря (в несчастной «голубой зоне»), не перекры­той 200-мильными экономическими зонами Рф и США, есть участки, не являющиеся континентальным шельфом 2-ух государств, а являющиеся дном морей и океанов за пределами государственной юрисдикции.

Дело в том, что фактически весь район, отнесённый Соглашением 1990 г. к экономическим владениям США, занят Алеутской котловиной с глубинами 3-4 тыс. м (кроме подводного района банки Бауэрса, размещенного севернее Андреяновских островов Алеутского архипе­лага, где глубины колеблются от 200 до 2 тыс. м), т.е. дальше 100 морских миль от 2500-метровой изобаты. Это означает, что, согласно Конвенции ООН по морскому праву, все находящиеся в этих районах ресурсы (на поверхности дна либо в его недрах) являются общим наследием чело­вечества, и «ни одно правительство не может претендовать на суверенитет либо суверенные права либо производить их в отношении какой бы то ни было части Района либо его ресурсов, и ни одно правительство, физическое либо юридическое лицо не может присваивать какую бы то ни было их часть; никакие притязания такового рода либо воплощение суверените­та либо суверенных прав и никакое такое присвоение не признаются, а все права на ресурсы Района принадлежат всему населению земли» (ст. 136, 137) [20].

Отсюда следует, что хоть какое заинтересованное правительство может оспо­рить Соглашение 1990 г. в этой его части.

Правовые нюансы формирования морской экономической границы меж Россией и США в зоне Севера

Текст Соглашения 1990 г. до его подписания нужно было согла­совывать с надлежащими органами гос власти РСФСР, являвшейся по Конституции СССР 1977 г. и Конституции РСФСР 1978 г. суверенным государством. Но этого изготовлено не было, хотя Соглашение прямо затрагивало важные интересы конкретно этой совет­ской республики: порядок прохождения её морской границы и границы морских экономических владений.

Более того, Соглашение был должен ратифицировать Верховный Совет СССР, но оно было введено в действие 15 июня 1990 г. в обход действовавшего на тот момент законодательства: при его подписании 1 июня 1990 г. министр зарубежных дел Э. Шеварднадзе и госсекретарь США Дж. Бейкер просто обменялись надлежащими нотками о введе­нии Соглашения в действие с момента его подписания, т.е. до ратификации документа законодательными органами обеих государств и до официального вступления его в силу в денек обмена ратификационными грамотами, что противоречит даже ст. 7 самого Соглашения о порядке его вступления в силу.

Необходимо подчеркнуть, что по Конституции СССР данное соглашение не могло вводиться в действие ноткой министра зарубежных дел даже после согласования с правительством, так как на это не было ни спе­циального разрешения Верховного Совета СССР, ни решения законо­дательных органов Русской Федерации. Оно должно было вступить в силу только после того, как стороны поменяются надлежащими ра­тификационными грамотами. Сенат конгресса США ратифицировал его более чем через год – 16 сентября 1991 г. Но в комиссиях Верховного Совета СССР, которые готовили ратификацию, появились вопросы, и в период существования СССР Соглашение ратифицировано не было. Позже его не утвердили и русские законодатели из-за разногла­сий по поводу оценки его соответствия государственным интересам страны, в том числе в сфере рыболовства.

Постановление Гос Думы РФ от 7 февраля 1997 г. от­клонило проект федерального закона «О продлении до 30 июня 1997 г. срока временного внедрения Русской Федерацией Соглашения меж­ду Союзом Русских Социалистических Республик и Соединёнными Штатами Америки о полосы разграничения морских пространств», кото­рый был вынесен в порядке законодательной инициативы президентом Б. Ельциным. Законодатели рекомендовали главе страны поручить Министерству зарубежных дел выполнить все процедуры, предусмо­тренные п. 3 ст. 23 Федерального закона «О интернациональных договорах Русской Федерации». Таким макаром, на сегодня какая-либо правовая база для соблюдения Россией Соглашения 1990 г. от­сутствует, а означает, соблюдать его она не должна.

Позже, 14 июня 2002 г., Муниципальная Дума приняла Поста­новление № 2880-III ГД «О последствиях внедрения Соглашения меж СССР и США о полосы разграничения морских пространств 1990 г. для государственных интересов Русской Федерации» [21], в каком говорится, что «имеются основания квалифицировать Соглашение как несбалансиро­ванный интернациональный контракт, содержание которого ставит под сомне­ние его соответствие государственным интересам Русской Федерации, сначала в области рыболовства».

Основанием для такового заявления послужило то, что «на отдельном участке исключительная финансовая зона США за счёт неоправдан­но уступленной площади исключительной экономической зоны СССР превысила расстояние в 200 морских миль от начальных линий, что противоречит ст. 57 Конвенции ООН по морскому праву (1982 г.)», а «по оценкам профессионалов, совокупные утраты русской рыболовной отрасли, связанные с применением Соглашения, составили около 2,8 млн т рыбы ценой выше 1,4 миллиардов дол. США». В Постановлении также отме­чалось, что «вопрос о Соглашении рассматривался Гос Думой в 1995, 1996 (два раза) и 1997 гг., но ввиду противоречивого нрава Соглашения исходя из убеждений обеспечения государственных инте­ресов Русской Федерации оно до сего времени остаётся не ратифициро­ванным Русской Федерацией и осуществляется в порядке временно­го внедрения и при всем этом нарушается ст. 23 Федерального закона «О интернациональных договорах Русской Федерации» в части законода­тельного дизайна решения о продлении срока временного примене­ния Соглашения Русской Федерацией».

Госдума РФ рекомендовала правительству ускорить процесс выработ­ки позиции в отношении данного Соглашения.

Парламентские слушания на тему «О Соглашении меж СССР и США о полосы разграничения морских пространств от 1 июня 1990 г. и его правовых и других последствиях для Рф» состоялись в Совете Федерации ФС РФ 16 декабря 2003 г. В сообщении пресс-службы об итогах слушаний [22] отмечалось, что их участники сочли данное соглаше­ние противоречащим государственным интересам Рф. По изготовленным Счётной палатой выводам утраты федерального и регионального бюд­жетов за время его деяния оцениваются в 10-ки миллионов баксов. И это только от утраты обычных промыслов. Не считая того, реализа­ция Соглашения 1990 г. в дальнейшем лишит Россию права на внедрение большущих возможных минеральных, энергетических и био ресурсов утраченных районов.

Из всего, произнесенного выше, нужно сделать практические выво­ды, чтоб впредь не повторять ошибок русской дипломатии.

Во-1-х, десятилетние переговоры меж СССР и США (1981-­1990 гг.) по разграничению экономических владений в морских аквато­риях меж Далеким Востоком СССР и американской Аляской заверши­лись очень неблагоприятно для русской стороны, причём заключение еще более прибыльного для нас соглашения было полностью вероятным.

Во-2-х, предпосылкой этого дипломатичного провала был неудов­летворительный механизм принятия принципиальных муниципальных решений в сфере наружной политики в период «перестройки», так как их целью на тот момент было не действенное решение заморочек интернациональных отношений в интересах народа и страны, а реализация государ­ственной идейной доктрины «нового политического мышления», провозглашённой М. Горбачёвым. Уступка морских экономических владений стала следствием ущербно понимаемых высших политиче­ских интересов. Другими словами русские дипломаты уступили США очень значимый по площади участок нефтеносного шельфа Берингова и Чукотского морей из-за недальновидности высшего политического ру­ководства страны.

В-3-х, русская дипломатия должна была отстаивать националь­ные интересы собственного страны, используя в процессе переговоров юри­дические беспомощности в позиции партнёра, как это делали америкосы, кото­рые, естественно, пользовались отсутствием у Москвы политической воли и её рвением достигнуть соглашения ценой уступок, справедливо расценив это как слабость и непрофессионализм.

В-четвёртых, разграничение 200-мильных экономических зон как зон рыболовства не являлось для США главной целью переговоров. Главные уступки Москва сделала в отношении прав на разработку не рыбных ресурсов, а ресурсов континентального шельфа (морского дна и его недр), находящихся как в границах 200-мильных исключительных экономических зон, так и за их пределами.

В-5-х, следует признать, что Соглашение 1990 г. меж СССР и США о полосы разграничения морских пространств не отвечает долгосроч­ным государственным экономическим и политическим интересам Рф. Оно наносит тривиальный территориальный и экономический вред ны­нешним и будущим интересам Рф. Окончательное заключение об эко­номических потерях и потерях морских экономических владений Рф (исключительной экономической зоны и континентального шельфа) должна дать независящая компетентная комиссия профессионалов. Её выво­ды следует положить в базу решения русского парламента о судьбе Соглашения 1990 г.

В-шестых, для делимитации исключительных экономических зон и континентального шельфа меж Россией и США в Чукотском море и в Арктической зоне «особенным обстоятельством» должна стать линия, установленная Конвенцией 1867 г., причём исключительно в этих акваториях. В Беринговом море следует исходить из альтернативного варианта дели­митации – разграничения по срединной полосы, которая не противоречит Конвенции 1867 г. в части установления трёх срединных точек и нормам интернационального морского права, к тому же нередко применяется на практи­ке при решении спорных вопросов делимитации.

В-седьмых, нужно решить вопрос о полном восстановлении гра­ницы 200-мильной русской экономической зоны в той части её ак­ватории, где она была отодвинута в сторону русского побережья по Соглашению 1990 г. Что касается континентального шельфа в централь­ной части Берингова моря, то по этому вопросу лучше провести дополнительные российско-американские консультации, в том числе и о вероятной совместной разведке, разработке и эксплуатации природных ресурсов этого района.

Решение этих вопросов восстановит справедливость, ликвидирует по­вод для конфликта, будет соответствовать нормам интернационального права и отвечать государственным интересам обеих заинтересованных сторон – и Рф, и США.

[1] Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключённых СССР с зарубежными государствами. Вып. XXXII : Действующие договоры, соглашения и конвенции, вступившие в силу меж 1 января и 31 декабря 1976 года. М. : Международ­ные дела, 1978. С. 581-583.

[2] См.: Контракт меж Россией и США, 18 (30) марта 1867 года // Русско-американские дела и продажа Аляски, 1834-1867 : науч. изд. / Н. Н. Болховитинов. М. : Наука, 1990. С. 331-335.

[3] Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключённых СССР с зарубежными государствами. Вып. XXXIII : Действующие договоры, соглаше­ния и конвенции, вступившие в силу меж 1 января и 31 декабря 1977 года. М. : Международные дела, 1979. С. 206-207.

[4] Зиланов В. А после Аляски ещё одна клякса / Вячеслав Зиланов // Русская газета. 1997. 14 января.

[5] Линия на поверхности вращения, пересекающая все меридианы под неизменным углом.

[6] Линия на поверхности вращения, которая представляет собой дугу, пересекаю­щую меридианы под различными углами.

[7] Зиланов В. Указ. соч.

[8] Агафонов Г. Состояние разграничения морских пространств меж Россией и США в Чукотском и Беринговом морях / Г. Агафонов // Морской сборник. 2002. № 12. С. 31.

[9] Международно-правовой режим шельфа регламентирован Женевской конвенцией по морскому праву в 1958 г. Под термином «шельф континентальный» в ней понимает­ся поверхность и недра морского дна подводных районов, примыкающих к берегу (континента либо острова), но находящихся вне зоны территориальных вод, до глуби­ны в 200 м либо дальше до глубин, позволяющих разрабатывать естественные богатства. Конвенция признаёт за прибрежными государствами суверенные права на их разведку и разработку (другие страны не вправе делать этого без согласия прибрежного госу­дарства). Особенность правового режима континентального шельфа заключается в том, что он не затрагивает правового статуса покрывающих его вод открытого моря и воздушного места над этими водами. Статьёй 76 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. в первый раз были определены чёткие границы континентального шельфа прибрежных госу­дарств, а конкретно: «морское дно и недра подводных районов, простирающихся за границы его территориального моря до наружной границы подводной окраины континента, причём фиксированные точки, составляющие линию наружных границ континентального шельфа на морском деньке, должны находиться не дальше 350 морских миль от начальных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, либо не дальше 100 морских миль от 2500-метровой изобаты, которая представляет собой линию, соединяющую глубины в 2500 м; на подводных хребтах наружные границы континентального шельфа не выхо­дят за границы 350 морских миль от начальных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря».

[10] См.: Муниципальный визит Президента СССР М. С. Горбачёва в Соединённые Штаты Америки, 30 мая — 4 июня 1990 г. Документы и материалы. М. : Политиздат, 1990. С. 279-284.

[11] Агафонов Г. Указ. соч. С. 28.

[12] Международное право. Сборник документов / сост. А. С. Великанов, М. А. Ко­робова, П. П. Кремнев, А. Н. Талалаев, Л. Н. Шестаков ; отв. ред. А. Н. Талалаев. М. : Юрид. лит., 2000. С. 505.

[13] Клименко Б. Морская граница меж СССР и США / Б. Клименко // Интернациональная жизнь. 1990. № 9. С. 151; Агафонов Г. Указ. соч. С. 32.

[14] Зиланов В. Указ. соч.

[15] Катасонов Ю. Потаенны Берингова моря / Ю. Катасонов // Русская Наша родина.

1991. 7 февраля. № 27.

[16] Зиланов В. Указ. соч.

[17] Мышкин О. Кусочек Берингова моря поделил участь Аляски / О. Мышкин //

Коммерсант. 1991. 16-23 сентября. № 38. С. 11.

[18] Поликарпов А. Переговоры – это всегда торг / А. Поликарпов // Русская Наша родина. 1991. 22 марта. № 58.

[19] Международное право. С. 509.

[20] Международное право. С. 523-524.

[21] Постановление Гос Думы Федерального Собрания РФ от 14 ию­ня 2002 г. № 2880-III ГД «О последствиях внедрения Соглашения меж Союзом Русских Социалистических Республик и Соединёнными Штатами Америки о полосы разграничения морских пространств 1990 года для государственных интересов Русской Федерации» (см.: Законы Рф : правовой интернет-сайт. URL: http://www.lawrus-sia.ru/texts/legal_767/doc767a314x769.htm).

[22] Об итогах парламентских слушаний на тему «О Соглашении меж СССР и США о полосы разграничения морских пространств от 1 июня 1990 г. и его правовых и других последствиях для Рф». 2003-12-16 : Сообщения пресс-службы Совета Федера­ции Федерального Собрания Русской Федерации // Информационный бюллетень. 17 декабря 2003 г. / Министерство зарубежных дел РФ. Департамент инфы и печати.

Читайте также на нашем портале:

Похожие новости

Черногория Разница Во Времени С Россией... Наша родина черногория разница во времени Отправляясь в Черногорию, всегда охото знать: где находится эта страна на карте мира, сколько на данный момент времени, какая разницасколько лететькакое расстояние Часовые пояса Часовой пояс Москвы Часовой пояс в Черногории Достояние выбора. В одном месте собраны фактически все туры от ведущих туропера...
Расстояние Рим Флоренция На Машине... Как добраться от Рима до Флоренции и из Флоренции в Рим Продолжая серию публикаций о транспорте меж более приметными городками Италии, наш нынешний пост посвящен вопросу: Как добраться из Рима во Флоренцию и/либо из Флоренции в Рим. Оба городка входят в первую пятерку нашего импровизированного рейтинга ТОР-10 самых увлекательных городов Италии, ...